Я зашел в ВК ночью, после третьей рюмки коньяка. Коньяк не грел. Открыл наш диалог. Последнее сообщение от нее: «Костя, блядь, не забудь только. Приходи к 11 в субботу». Это было год назад. Встречу конечно, я пропустил.

Она умерла в прошлую среду, а я узнал - в пятницу.

Курсор мигал в строке ввода. Я начал печатать: «Аня, ты даже не представляешь…» Стер. «Аня, знаешь, какая хуйня…» Стер. Полная тишина в комнате, только часы на кухне громко стучали. Я представил, как это мое сообщение улетает в цифровую пустоту, в небытие ее аккаунта, где на аватарке все та же фотка, сделанная у нее где-то в богатом и большом загородном доме, а в альбомах все те же коты и закаты. Современная урна. Цифровая вечность по ссылке.

Я выговорился. Вывалил туда все: о том, что лежало на сердце. О глупом споре с мамой, о том, что недавно чинил розетку и чуть не ебнуло током, о чувстве, будто я вечно опаздываю на какой-то очень важный, но не назначенный поезд. Все это - мертвой тяночке. Потому что живым - неловко, да и неинтересно.

А потом пришел тот самый вопрос. Он вылез сам и внезапно: что должен успеть сделать человек до смерти?

Не построить дом и не вырастить дерево. Это все из другой оперы, для людей с крепкими руками и ясными планами. Нет. Должен, например, однажды проснуться на рассвете, выйти на балкон в одних трусах и пить кофий. И постоять так, пока не продрогнешь.

Должен солгать из жалости. И получить правду, от которой сожмешься.
Должен хоть раз заплакать не от горя, а от того, что слишком красиво - какой-то мотив, или как свет ложится на паркет, или как незнакомая женщина у пруда кормит голубей и ее профиль невыносимо прекрасен.

Наверное так.

Я дописал. Последней строчкой было: «Аня, Прости. И про встречу… я все помню».

Не нажал «Enter». Просто вышел из диалога и выключил компьютер.