Пишу тебе из состояния, которое сложно назвать жизнью. Устал я, друг. Руки висят, как мокрые полотенца. В голове - гул, как будто бы внутри работает бабушкин холодильник эпохи застоя ( «Минск», были же такие, да?).

Надоело все так, что хочется разговаривать с предметами. Сегодня утром беседовал с трещиной на столе. Я смотрел на нее и спрашиаал: «Ну что, Товарищ Трещина, как дальше жить?»

В общем, все поросло бытом.

Хочется лечь на диван и превратиться в пыль. Или чтобы через сто лет, какой-нибудь археолог нашел мои окаменелости и подумал: «Ага, тут лежал человек эпохи развитого пиздеца.(еще до ядерной войны, разумеется). Инвентарь: недописанные романы про мертвячку и про бомжа с неразменной пятитысячной купюрой, чувство невыносимого и банального размером с пятирублевую монету».

В общем, скорей бы уже весна.

Не пиши в ответ длинных утешений. Просто пришли открытку с видом какого-нибудь абсолютно чужого города или пейзажа.

Твой уставший до костей я