дело не в том, кому мы служим, а в том, во что мы верим…

Солнце неторопливо вползало в комнату, мягко касаясь её ресниц. Она приоткрыла глаза, и в тот же миг мысли закружились в голове беспокойным хороводом. Сегодня должен был быть тот самый день, день, когда приедет Вика. Время ускользало незаметно, казалось, ещё вчера они познакомились, а уже минула половина февраля.

Саба поднялась и подошла к окну. Перед ней раскинулся утренний город и бухта, ещё погруженная в сон. Первые солнечные лучи ложились на воду, и та, словно живая, подхватывала их, пряча в своей глубине. От этого казалось, будто бухта наполнена не водой, а расплавленным золотом, тихо переливающимся под утренним светом. «Так вот почему её назвали Золотой Рог…» Она закрыла глаза.

И на мгновение стало тихо. Ей представилось, как когда-то здесь были заросли деревьев, как птицы встречали солнце, и как первые путешественники медленно входили в бухту. Не зная, что нашли место, к которому будут возвращаться,

место, где будет построен город, место, где для неё всё наконец-то встанет на свои места.

***
Саба подняла тост.
– Ну что ж, давай выпьем за того человека, благодаря которому мы сейчас здесь.
– Давай. Ведь если бы не он, мы бы никогда не узнали друг о друге, – согласилась Вика.
Она сидела напротив, немного уставшая с дороги и взволнованная встречей. Как и подобает ученице, с лёгким смущением, она разделась полностью, едва войдя в квартиру.

«Возможно, Господин прав… из неё может получиться хорошая рабыня», – подумала Саба и невольно залюбовалась девочкой.
Чёрные, смолянистые волосы спадали ниже плеч, мягко обрамляя лицо. Тёплые карие глаза с лёгким восточным оттенком придавали взгляду глубину и притягательность.

Она была полненькой, но это не имело значения. В ней притягивало другое живая харизма, внутренняя энергия, наполненность, которая ощущалась сильнее любых внешних форм.

***
Они открыли вторую бутылку вина.
– В напитках он разбирается лучше, чем в женщинах! Вино и правда отвратительное, – сказала Саба морщась от кислого привкуса.
– Да, я ему фото скинула, а он написал, что плохое.
Саба вспомнила как они делали фото в магазине и улыбнулась.
– Я там надеюсь в кадр не попала? – шутливо спросила она.
–Ты чтоо? Я же себе не враг. Я ещё хочу в Питер слетать, – фыркнула Вика.
– Да, конечно. Но девочка, пойми, что отчёт – это важная часть этой игры. В данном случае обошлось. Налепили черте что, конечно… вино, магазин. А по-хорошему в кадре должно быть, где ты и с кем.

– Я это поняла. Но я ему говорила, что не хочу слать такие отчёты. А тем более отчёты, когда я с кем-то занимаюсь сексом. Ну как я буду снимать? Не согласятся же.

– Говорила? Что он ответил? – спросила Саба, пряча улыбку за бокалом вина.
– Ответил… согласился конечно, а что у него выбор есть? – Вика чуть повела плечом, будто это было само собой разумеющимся.
Саба тихо усмехнулась.
– Даже если нет видео, должен быть отчёт. И разрешение...
– Вот ты странная… – Вика улыбалась, лениво водя пальцем по бокалу. – Ты говоришь, что ни с кем без его разрешения не встречалась. И в чём смысл? Сидеть и ждать?

Она на секунду подняла глаза.
– Я так не хочу. Мне это просто не нужно.
И чуть тише добавила.
– Тем более я с ним удовольствия-то не получаю.
Саба на секунду задержала на ней взгляд.
– Вика, я, к сожалению, не смогу в сжатом курсе рабыни объяснить всю суть служения... Просто однажды понимаешь, что по-другому уже не выходит… И, если рядом оказывается Господин, который это видит… который может это принять это уже большое счастье…

– Да я понимаю, – перебила Вика, – Тебе это нравится.
И улыбнувшись, уже куда-то в сторону, произнесла.
– Просто у меня это по-другому работает
На секунду повисла пауза.
– Я тебе весь вечер пытаюсь объяснить дело не в нём. А в тебе.
Саба сделала глоток вина.
– Хочешь служить – служи. Хочешь использовать – используй. Только сначала разберись, что тебе на самом деле нужно.

***
– Расскажешь, как тебе наша первая встреча? – Сабе были интересны чувства Вики.
– Понравилось. Мне всё понравилось. Кроме... кроме того, что мне ничего не было видно. А когда он заставил меня сперму слизывать с твоей спины я вообще разозлилась, когда он спросил «ты что не видишь?»

Саба прислушивалась к её ноткам голоса, пытаясь уловить что прячется за этими словами.
– И это всё? – уточнила Саба.
– Ну в общем да! Ну трахались да трахались.
– Ты же ревнивая! Что мне с тобой было ещё делать? – язвительно расхохоталась Вика
– Интересно, но это его способ оценивать моё поведение, да и поведение женщин в общем. А к чему это ты сейчас сказала?
– Ну как, он мне сразу написал, перед встречей, что ты ревнуешь его ко мне. А ещё фотки прислал как тебя выпорол за это.
– Серьёзно? Дай взгляну, любопытно, как он это подаёт.
– Да, вот же, – Вика открыла мессенджер, и Саба увидела своё фото. На нём она стояла на коленях на стуле, лёжа животом на столе, попа была красной от порки.

– Миленько, даже у меня этого фото нет. И очень увлекательное чтиво, – пролистав, несколько постов переписки, она вернула телефон Вике.

– Начиталась?
– Там нет для меня ничего нового.
– Теперь то ты понимаешь, что он считает тебя ревнивой старой тёткой?! – Вика поднесла бокал к губам и прищурила глаза.
– Вика, давай оставим твои поверхностные выводы и Господина в покое. Ты сейчас говоришь больше, чем знаешь.
– Грош цена твоему служению, получается, – не унималась Вика уже изрядно захмелев.
– Ты думаешь рядом с ним нужно бороться за место? – Саба усмехнулась. – Нет, девочка, здесь всё устроено иначе.
– Ты пишешь ему? – задала новый вопрос Вика.
– Да.
– Зачем?
– Затем что теперь я знаю правду. И даже могу эту правду потрогать, – Саба протянула руку и шутя ущипнула Вику за бок.
– Но ты при этом учишь меня? – недоуменно посмотрела на неё Вика.
– Я учу тебя базовым правилам. А путь выбирать тебе…
И добавила
– За меня не беспокойся. Я своё место знаю. И мне больше не нужно его подтверждение.
– И что ты собираешься делать дальше? – неожиданно спросила Вика.
– Жить, – резко ответила Саба.
– Я слишком долго была в режиме ожидания… хватит.

***
Вино закончилось, хмель отпускал, затихал и разговор.
– Пойдём в постель, – Саба подала руку.
– А ты не могла раньше, когда вино ещё пьянило? - надула пухлые губки Вика.
– Нет, милая, секс и тему нужно кушать на трезвую голову. Но сегодня будет только теория и немного секса.
– Пороть я тебя не могу, Господин ещё следы увидит. А вот кто и сколько трахал эту шлюху до него он никогда не заметит, – рассмеялась Саба.

– Ты же ему не скажешь? Не расскажешь ему про мои встречи с другими? – разволновалась вдруг Вика.
– Да кто же мне поверит? – удивлённо спросила Саба.
– Это правда, он тебя даже слушать не будет, – рассмеялась Вика.
Саба в ответ лишь грустно покачала головой.

***
Они легли в постель.
– Скажи, почему ты мало даёшь обратных эмоций? – спросила Саба.
– Не знаю... А зачем? Лежишь себе да лежишь, пусть они работают.
– Интересно, – Саба усмехнулась. Она погладила Вику по голове. Пальчиком провела по её губам, медленно, почти лениво, как будто пробуя их на вкус через прикосновение.

Всегда любила этот момент, когда дыхание сбивается, когда губы чуть приоткрываются сами, без команды, когда тело ещё не понимает, что уже подчинилось. Она задержала палец у края, чувствуя тёплый выдох.

– Открой, – прошептала она. Губы Вики послушно раскрылись. Саба улыбнулась едва заметно, и погрузила пальчик её в рот. Язычок ласково обнял его.

Саба гладила рукой и спустилась ниже, едва касаясь, словно растягивая каждое движение. Пальцы задержались на груди, чуть сжали соски, проверяя отклик, и медленно скользнули дальше, по тёплой коже живота. Пока не оказалась между ног. Тело отзывалось сдержанно. Без сопротивления. Без стеснения. Она на мгновение замерла, будто прислушиваясь. Пальцы нашли нужную точку легко, точно.

И движение стало чуть глубже, чуть настойчивее, но всё ещё спокойным, уверенным. Она не торопилась. Ей нравилось чувствовать, как под её рукой тело постепенно сдаётся. Сначала едва заметно, а потом переходя в более требовательное состояние. Вика же давала тихий отклик, и только наличие смазки говорило, то она на пределе.

– Как там твои знакомства с парами?
– Да, никак пока. Ты же вот сейчас сама видела. Только спросишь подтверждения реальности, так сразу сливаются.
– Да! Эту дамочку ещё на стадии «приветкакдила» надо было отшить. Ну ничего ты научишься.

– А пока слушай. Саба достала вибратор и мягко ввела его в Вику. Та едва заметно выгнулась, тихо застонала.
– Так вот, повторила Саба. Запоминай! При встрече с парами, главная всегда жен-щи-на!
– Женщина? – Вика даже приподнялась чтобы посмотреть на Сабу.
– Конечно, женщина! Глупенькая! В паре в первую очередь всё внимания для женщины. Ты пришла служить ей. И только ей. Она говорила спокойно, почти ровно, продолжая движения.

– Она делится с тобой своим мужчиной. Женщины же собственницы. Не забывай об этом. А там по обстоятельствам, смотри внимательно. Если женщина активная значит отдаёшься ей, если пассивная значит берёшь её сама. Только не передави.

– Сама!? – переспросила Вика
– Да, сама, – вот так лежать не получится, – смеялась Саба продолжая ласкать её.
– А как же мужчина? – задумчиво спросила Вика
– Поверь, если девочкам будет хорошо вдвоём, про мужчину они не забудут. И подарят ему много, много наслаждений.
Саба раздвинула ноги Вика пошире и опустилась вниз. Провела языком отыскивая маленькую горошину счастья. Слизывая сочившуюся влагу.

– Встала на колени, спиной ко мне! – голос Сабы прозвучал неожиданно грубо даже для неё самой.
Вика застыла, видимо не понимая, как реагировать.
– Шлюха плохо слышит? – Саба слегка шлёпнула ладошкой по бедру. Её голос звучал чуть мягче.
Вика повернулась на живот и встала на колени.
– Ну вот другое дело, – и Саба вошла в неё страпоном.
Лёгкий стон, совсем тихий сорвался с губ Вики …

***
Звук сообщения нарушил их сладкий утренний сон.
– Посмотри. Не пойму, чего он от меня хочет? – Вика бросила Сабе телефон с перепиской.
Саба лениво взяла его, пробежалась взглядом.
– Отчёт! Фото, где ты, с кем ты? Я думала на начальном этапе не будет так придирчив. Она зевнула, притянула к себе Вику и легко чмокнула в лоб.

– Хотя… он прав. Все проблемы начинаются со слов «я думала», – усмехнулась она.
– Не переживай. На этот раз простит.
Но Вика уже нервничала.
– Тебе смешно! Потому что тебе то пофиг уже! А если он узнает? А если он отменит встречу? А если не простит?
– Не отменит, даже если узнает, спокойно сказала Саба и встала. Давай лучше завтрак готовить. Она глянула на Вику та была белая как стена.

– Чего ты так распереживалась? Ты тогда собирайся и пиши ему, что ты уже не на месте.
– У меня глаз болит, – неожиданно заявила Вика
– Хорошая отмазка, – кивнула Саба.
– Я поехала в травму, – Вика уже металась по комнате, натягивая одежду.
– У меня правда глаз болит.
– Да, да я не сомневаюсь нисколько. Осталось его в этом убедить.
Саба обняла её на пороге.
– Жду тебя.

***
– Сегодня твой костюм горничной приедет. Хотела тебя в нем увидеть... Ну значит Господина побалуешь. Балуй его чаще, даже если думаешь, что что-то ему может не нравится. Старания он всегда вознаграждает.

– Давай тогда в Супре встретимся, он не хочет туда идти. А мне надо я люблю это кафе.
– Я, честно говоря, его тоже не люблю. Громко там слишком. Но компанию составлю, так и быть, – согласилась Саба.
– А здорово же мы вчера в Акватории время провели?
– О! Чудесно! Я тебе очень благодарна, что вытащила меня из квартиры.
Я хоть восстановилась от ночных тусовок.

Кстати, фото Господину понравились?
Саба в Акватории сделала много фотографий ножек Вики.
Служить ему ей всегда доставляло особое удовольствие.
– Да, конечно, – как-то просто ответила Вика. Спросил кто фотал? Я сказала просила прохожих. Он спросил не стрёмно ли мне было? Я ответила, что нормально.

Как-то странно для Сабы это прозвучало. Как-то слишком легко. Слишком ровно. Слишком безразлично.
Показала ли фото вообще? Саба задумалась, она давно заметила, что Вика приукрашивает свои рассказы.

***
Они встретились в Супре.
– Очень шумный ресторан, – сказала Саба, глядя в окно, как вечер медленно опускается на город серым покрывалом.
То тут, то там вспыхивали огни фонарей, словно непослушный ребёнок под одеялом украдкой дочитывает книгу.
– Красивый город, я очень его люблю, – задумчиво сказала она. На секунду взглянув на Вику. Та разглядывала меню, и как будто не слышала её слов.

Вика пожала плечами.
– Город как город. Ничего особенного, сопки только ваши эти…
– Откуда ты взяла эту фразу? Это прямо штамп, определение города приезжими, – Саба рассмеялась. – Ладно, держи свой костюм.
– А как я его надевать буду? Господин же в номере.
Саба хотела было дать подсказку, что в кафе на первом этаже есть туалет… но быстро одёрнула себя. Нет, нет всё Вика должна делать сама. Саба лишь может направить её, но не более.

– Придумаешь, что-нибудь, – уверенно сказала Саба.
– А ты представляешь, я вчера, как ты учила, целовала ему ручки и ножки в благодарность. Мне так понравилось, а он вообще был в шоке.

– Прямо в шоке? – Саба невольно рассмеялась.
– Да, он так на меня смотрел как кот мартовский. Ну как тогда, когда я на работу к нему в боди приехала.
– Да, я помню про боди. Это было интересно.
– А ещё я научилась надевать ему обувь и носки.
– Ты замечательная, – Саба искренне похвалила её.
– А смотри какой подвес был, – Вика показала фото.
– Да, шикарный. Я бы с удовольствием на это в реальности взглянула. Он великолепный Мастер! Это у него не отнять.
– Мне нужно в пекарню заехать, купить что-то к чаю.
– Поедем, я с тобой.

***
Вика тыкала красным ноготочком в витрину и спрашивала Сабу.
– Как думаешь, какой ему взять, вот этот или этот?
– Конечно, где больше шоколада, – показала Саба. Сама улыбнулась, вспомнив довольное выражение лица Господина, когда он ел шоколадное пирожное в последнюю их встречу.

– Девушка, пожалуйста, вот тот… и ещё этот, – Вика лениво указала пальцем. Через несколько минут они вышли из кафе. В руках Вика держала большой крафт-пакет с надписью «Пудра»

– Я вызываю такси, пора, – Вика уже открыла телефон и выбирала адрес.
– Я пройдусь. Погода шикарная, – сказала Саба. Тебе, девочка, хорошего вечера… и поцелуй ножки Господина за меня. Они обнялись, и Вика села в такси.

***
Саба осталась одна. Она оглянулась вокруг. Вечер дышал морем солёным, холодным, с лёгкой горечью. Приглушённый свет фонарей мягко ложился на тротуар, напоминая о том, как когда-то она ходила здесь босая много, много раз, ощущая каждый камешек под ногами, каждую щёлочку, в которую сейчас проникал свет.

Вдалеке мачты яхт тихо поскрипывали, рассекая чернильное небо, и тонкие тросы звенели на ветру, будто струны. Где-то глухо ударялась о борт убаюкивающе вода.

Ей всегда чудилось, что в такие мгновения вот-вот на причал выйдут матросы раскрасневшиеся, шумные, с бутылками и хриплыми песнями. Воздух наполнится смехом, табачным дымом и пряным запахом дешёвого рома, а двери таверн распахнутся навстречу ночи. Там их уже будут ждать женщины яркие, распущенные, смеющиеся слишком громко, и гуляние закружит всех, не давая стихнуть до самого утра.

Она перевела взгляд на старое кирпичное здание, действительно похожее на таверну. С тёплым светом в окнах и потемневшими от времени стенами. И только яркий экран с бегущей рекламой новых фильмов напоминал, что она всё же здесь и сейчас.

Вокруг было оживлённо. Мимо проходили компании, смеялись, переговаривались. Кто-то шёл, держась за руки, кто-то спорил, кто-то просто молчал, вдыхая вечер. Рядом звучала гитара негромко, чуть фальшиво, но очень искренне.

Она стояла посередине этой движущейся вокруг неё жизни, которая тут же становилась историей. И, может быть, впервые за долгое время она не пыталась удержать этот момент, не переворачивала в мыслях песочные часы, и не боялась, что время утечёт сквозь пальцы. Она сняла обувь. Холодный камень тротуара обнял стопы пытаясь согреться их теплом. И в этом было что-то удивительно нежное, словно город принял её в свои объятия.

***
Вечером пришло сообщение. К сообщению прилагалось фото в номере отеля стояла Вика, одетая в костюм горничной.
– Я всё успела, я переоделась, я встретила его в костюме! Но он не оценил, он слишком устал.
– Умница девочка! – похвалила её Саба. – У тебя ещё всё впереди, он ещё всё оценит.
И подумала: «Вот и всё. Я выполнила его последнюю просьбу… дала тебе свои знания». Она ещё какое-то время смотрела на экран телефона.

И нажала «удалить переписку».